В описываемое нами время проживал в Киеве бедный шапочник,
выхрест из евреев, Златокрасов. Обремененный семьей, он
едва сводил концы с концами. Человек он был неглупый,
сообразительный, но за что бы он ни брался, ничего из
этого не выходило. Время шло, семья росла, а средства
отсутствовали. Надумался наш Златокрасов съездить по
торговым делам заграницу. Правда, дело было не из таких,
чтобы поездка эта была необходимой, но тем не менее,
он все - таки поехал.
Долго недоумевали соседи Златокрасова - что с ним
такое и зачем бы ему, человеку без средств, тратиться на
поездку заграницу. Возвратившись из поездки, Златокрасов
открыл большой магазин на Крещатике. Недоумению соседей не было конца.
Не прошло и года, как Златокрасов снова отправился
заграницу. По возвращении оттуда он купил в центре города
большое место и начал постройку грандиозного каменного
дома с флигелями и большими магазинами на фасаде. Глядя
на столь непонятный рост богатства Златокрасова, при
упоминании об нем, все с недоумением разводили руками.
После следующей поездки Златокрасов купил в Киеве большой
дом-сквозняк, выходящий на две улицы и намеревался построить
в нем восточные бани, но для этого надобно было еще раз
съездить заграницу. Кое-кто стал следить за Златокрасовым,
интересуясь узнать - откуда он черпает такие крупные деньги.
Шапки - такое дело, что едва были в состоянии прокормить семью,
а тут вдруг, точно с неба, свалилось состояние чуть ил не полмиллиона рублей.
И вот, когда наш Златокрасов снова поехал заграницу,
с ним в одном поезде вслед отправился сыщик К…ий. Не знаю,
что произошло заграницей, но сыщик возвратился из поездки
богатым человеком бросил службу в полиции и купил большое
имение на Волыни, Златокрасов после этого заграницу больше не ездил.
Впоследствии, уже много лет спустя, когда сыщик умер,
его жена рассказала своей соседке попадье, а от нее узнали и
мы, что источником богатства Златокрасова были фальшивые 50
рубл. кредитки очень тонкой английской работы. Само
изготовление бумаги для этих кредиток и печать были
настолько искусны, что даже весьма опытные кассиры
отказывались признавать их фальшивыми. Это и было
причиною того, что все кредитки 50 рубл. достоинства
были изъяты правительством из обращения в стране.
Многие в городе узнали тайну успехов Златокрасова
и в душе ему завидовали. Этим воспользовались разные аферисты
и, под видом фальшивых денег, сбывали пачки простой резанной
бумаги, облицованные с обеих сторон настоящими кредитками 25 рубл. достоинства.
Между прочим на такой афере попался известный в
Киеве часовщик. Чтобы мобилизировать 10.000 рублей,
требуемых аферистами за 100.000 руб. будто бы фальшивых,
он заложил у ростовщика Данилевского весь свой магазин
золотых и серебряных и вещей. При обмене им этих денег
на "фальшивые" в номере аферистов вдруг появился
полицейский пристав. Его появление помешало развязать
пачки, просмотреть и проверить то, что он получил в
обмен на свои 10.000 р. Он побоялся тех последствий,
какие его ожидали бы, если бы обнаружилось его участие
в сбыте фальшивых кредитных билетов. Поэтому он
поторопился поскорее уйти незамеченным. Читатель,
вероятно, догадался, что полицейский пристав был никто
иной, как переодетый для этой цели мошенник, участник шайки.
Придя домой и увидя, что был жестоко обманут
мошенниками, разоренный пришел в страшное отчаяние. На
утро его нашли повесившимся в своем опустошенном магазине.
Жадность к деньгам не покидала Златокрасова.
Прибегать для добывания их к прежнему источнику он уже
боялся, так как знал, что за ним теперь следят. Нового
ничего он уже придумать не мог.
И вот он ударился в азартную игру. Шулерских приемов
он не знал, приходилось вести игру честную. Избегая всяких
сплетен и пересуд он играл по разным трущобам.
В задней комнате ссудной кассы он проигрывал
большие деньги. Деньги эти расходились по рукам шулеров,
соучастников Златокрасова, высланных администрацией из города.
Наиболее значительная часть проигрыша, тысяч сорок, досталась
шулеру, который с этими деньгами вступил компаньоном в
банкирскую контору Д., сосланного впоследствии в Сибирь
за мошенничество и подлоги.
После таких потерь семья Златокрасова взяла с него
торжественную клятву - в карты больше не играть. Ликвидируя
свои карточные проигрыши, Златокрасов был
вынужден продать один из своих домов.
Борьба с фальшивыми кредитными билетами была всегда актуальна
и для полиции, и для Министерства финансов. Особенно много
заявок на наличие фабрики фальшивок в Лондоне поступало в
80-е годы ХІХ в. Одно из таких дел рассматривал Киевский
военный генерал-губернатор в 1887-1888 гг. Некий Абрамов
подал заявление, что в ходе расследования дела о фальшивых
кредитных документах 25 рублевого достоинства в Васильковском
уезде, он поехал в Лондон в 1886 г. и выяснил, что там существует
фабрика для производства фальшивых кредитных билетов разных
достоинств и купонов процентных бумаг.
Исследовал: Александр Паталеев.
"Киевский альбом. Исторический альманах"
|
