Лекарь души и тела
Николай Иванович Пирогов

«Великий статистик, педагог, оригинальный реформатор, исследователь общенаучных законов развития живого, основоположник научного пацифизма… Редкий в России тип мыслителя, который одушевлен и пафосом науки, и пафосом религиозной мысли. Советник Николая I и Александра II. Мировой посредник во время реформы крепостного права. Позже — опальный аналитик, оставивший глубочайший разбор причин краха земельной реформы. Мыслитель, предложивший новую цель развития России, создатель нового типа мировоззрения», — так характеризует Пирогова его биограф — Игорь Захаров.

Николай Пирогов родился 27 ноября 1810 года, поступил в 14(!) лет в Московский университет, был талантливым студентом (а таких государство учило за свой счет, что среди прочего было немаловажно и для внезапно обедневшей семьи Пироговых), в 19 лет — выпускник этого престижного заведения, опубликовал свой первый научный труд и был направлен на дальнейшую учебу в Дерпт (и вновь за счет державы), где в 26 лет защитил докторскую диссертацию и затем еще несколько лет стажировался за границей, после чего начал активно практиковать. Выезжал в качестве консультанта по военной медицине на театр военных действий, стал одним из основоположников научной хирургии, впервые в России выступил с идеей пластических операций… Был попечителем Одесского и Киевского учебных округов, руководил учебой посланных за границу молодых ученых. В послевоенное время и до конца жизни доктор Николай Пирогов руководил сельской клиникой под Винницей, выращивал лекарственные растения, занимался селекцией зерновых культур, боролся с пьянством и безграмотностью, писал неплохие стихи и мемуары…

Николай Иванович Пирогов, как непосредственный участник обороны Севастополя, откликнулся на призыв журнала «Морской сборник» присылать статьи, посвященные преобразованию военных учебных заведений. В июле 1856 года журнал напечатал статью Пирогова «Вопросы жизни. Отрывки из забытых бумаг». Основной задачей реформы образования Пирогов видел воспитание личности, реализуемое в учебном процессе, о чем свидетельствует и афоризм великого гуманиста: «Все готовящиеся быть полезными гражданами должны сначала научиться быть людьми».

Вскоре со статьей ознакомился министр просвещения Норов, предложив Николаю Ивановичу занять должность попечителя Одесского учебного округа. 3 сентября 1856 года последовал высочайший указ, и Николай Иванович направился в Южную Пальмиру, где в течение двух лет значительно поправил дела учебного округа, а главное — создал на базе Ришельевского лицея Новороссийский университет.

18 июля 1858 года Николай Пирогов назначается попечителем Киевского учебного округа.

Гуманист Пирогов мечтал, чтобы доступ к образованию получили все дети. Причем независимо и от сословия, и от национальности. Николай Иванович много содействовал становлению начального образования. Так, впервые в истории России в Киеве при Пирогове открылись первые воскресные школы. Случилось это в 1859 году. Николай Иванович добился открытия медицинской клиники Университета святого Владимира. Пирогов и здесь не оставлял медицинской деятельности, хотя делал это неофициально. Иногда он оперировал больных в клинике профессора Караваева, проводил показательные вскрытия в анатомическом театре, руководил практикой студентов-медиков, давал ценные указания.

В эпоху Пирогова-попечителя сильно притеснялись поляки и евреи. О том, как Пирогов, невзирая на протесты реакционеров, помогал и тем и другим, свидетельствуют воспоминания одессита Александра де Рибаса. Вот что он писал в 1913 году о временах, когда в Одессе жил известный общественный деятель и богач Абрам Бродский. «Бродский был убежденным сторонником ассимиляции евреев с русскими.
Однажды, в 1861 году, к нему обратился из Киева тамошний попечитель учебного округа Николай Иванович Пирогов, сохранивший после краткого пребывания в Одессе глубокую духовную связь с нашим городом и его лучшими представителями. Пирогов написал Бродскому, что еврейское студенчество Киевского университета Св. Владимира терпит острую нужду, что предстоят увольнения за невзнос платы и что киевские евреи недостаточно состоятельны, чтобы поддержать своих единоверцев. Вся надежда была на помощь со стороны еврейского общества Одессы, к которому Пирогов по старой памяти и обращается.

Абрам Маркович не замедлил ответить Пирогову, но так ответил, что Пирогов усмотрел в письме Бродского не простую отписку, а целое profession de foi по еврейскому вопросу. По желанию самого Пирогова, письмо это было напечатано в одесских и киевских газетах в 1861 году.
Вот главные его строки: «Было бы согласнее с требованиями настоящего времени, если бы люди состоятельные помогали бы людям нуждающимся без различия вероисповедания. Желательно было бы, чтобы еврейское общество сделало пожертвование в пользу недостаточных студентов вообще, а не одних студентов евреев. Это было бы новым шагом к уничтожению той исключительности, которая служила и до сих пор служит преградой для русских евреев к более искреннему и тесному сближению со своими русскими согражданами». В дополнение к своему письму Бродский выразил Пирогову готовность принять на свой счет содержание двух недостаточных студентов Университета Св. Владимира: одного из христиан, а другого из евреев — в течение пяти лет, выдавая на каждого по 200 рублей в год.

Письмо произвело фурор. Из разных слоев одесского общества, от евреев, русских и иностранцев, посыпались к Пирогову пожертвования на помощь недостаточным студентам с обязательной отметкой: «без различия вероисповедания».

В должности попечителя Киевского учебного округа Пирогов пробыл недолго, 13 марта 1861 года он, под давлением царских чиновников, вынужден был подать в отставку. Прогрессивная общественность восприняла это известие с чувством глубокого возмущения. В Киеве Николаю Ивановичу Пирогову устроили теплые, сердечные проводы. Об этом событии и его политическом значении Герцен написал статью «Киевский университет и Н.И. Пирогов», в которой отстранение Пирогова от должности попечителя Киевского учебного округа рассматривал «как еще одно из самых мерзких дел реакционных кругов».

Выйдя в отставку, Пирогов решил отойти от общественной деятельности и направился вместе с женой и сыновьями Николаем и Владимиром в приобретенное им имение Вишня, находившееся в Подольской губернии (теперь в черте города Винница). Здесь Николай Иванович решил подвести итог своей научной и общественной деятельности и всецело отдаться написанию книг и мемуаров. Однако деятельная натура ученого заставляла его совмещать эти занятия с врачебной практикой. Впрочем, уже в 1862 году Пирогов вновь занялся педагогической деятельностью, когда ему предложили отправиться в Гейдельберг, чтобы там руководить группой молодых ученых. Получив звание профессоров, они должны были вернуться на родину, чтобы, руководя кафедрами, отдать себя всецело дальнейшему развитию медицинской науки в России. Пирогов с честью выполнил возложенные на него обязанности наставника и старшего товарища. К этому времени министром народного просвещения стал граф Дмитрий Толстой, питавший к Пирогову и к его гуманным идеям откровенную неприязнь. В 1866 году, после покушения на Александра II, правительство перестало считаться с общественным мнением. Начался разгул реакции. Министр народного просвещения граф Дмитрий Толстой, обер-прокурор Синода и ярый враг народного просвещения, сообщил Пирогову, что «освобождает его от возложенных на него поручений». Ученому даже не назначили пенсию. Он возвратился в Вишню, открыв в усадьбе амбулаторную клинику и аптеку, где бесплатно лечил, готовил и выдавал лекарства неимущим, проводил неотложные операции. Эту свою деятельность он совмещал с работой над рядом книг о военно-полевой хирургии, написал «Вопросы жизни. Дневник старого врача»…

Пирогов умер 23 ноября 1881 года. По настоянию вдовы — баронессы Александры фон Бистром — его тело было забальзамировано и находится в фамильном склепе неподалеку от усадьбы великого хирурга на окраине современной Винницы. Сын его, Николай Николаевич, тело которого покоится рядом с телом отца, стал физиком и также многого добился в области своей науки.

В Киеве еще при жизни Пирогова, в 1869 году, его именем была названа улица неподалеку от анатомического театра (ныне — Музей медицины Украины). Память о Николае Ивановиче жива не только в названии городской улицы. На фасаде одного из корпусов Университета им. Шевченко Пирогову установлена мемориальная доска.