|
© Виталий Баканов
ПАРИКМАХЕРСКАЯ НА ПОДОЛЕ.
Наша парикмахерская № 2 в первые послевоенные годы
находилась на киевском Подоле, по улице Шолом-Алейхема,
14 ( ныне это улица Константиновская).
Она занимала первый этаж двухэтажного жилого
дома постройки конца ХІХ века.
До революции здесь находилась колбасная лавка Кечкера -
вспоминает сегодня ветеран труда, женский мастер парикмахерского дела,
киевлянка Иванова Галина Ивановна.
Закончив в 1944 году двухмесячные курсы парикмахеров при
киевском Горбыткомбинате, она проработала, здесь в э
том здании, до своего выхода на заслуженный отдых.
1. Лихие годы.
Еще не закончилась война, а в освобожденном Киеве начались
работы по восстановлению разрушенного городского хозяйства, -
рассказывает Галина Ивановна.
Нехватка продуктов питания (карточная система была отменена лишь в 1947 году),
тяжелые условия труда, жизнь в бараках и неотапливаемых помещениях - многое пришлось нам пережить!
Но женщина всегда должна оставаться женщиной!
Главной послевоенной "модой" - была перелицовка старых вещей.
Довоенные ткани отличались высоким качеством,
что позволяло перелицовывать их по два раза.
И даже когда ткани рвались, женщины придумывали из
них комбинированную одежду.
А вот послевоенные мужчины вспоминаются только в военной
форме - без погон, но в кителях, в галифе и сапогах.
Было такое ощущение, что невоевавших в Киеве просто не было.
В то время при знакомстве спрашивали не имена, а " С какого фронта?".
Много было инвалидов.
Без руки, без ноги…
Как живые бюсты безногие инвалиды войны передвигались
на самодельных тележках с колесиками, отталкиваясь от земли деревянными
дощечками с ручками, напоминающие те, которыми строители растирают по стене раствор.
Но мы, молодые девчонки, несмотря на все трудности, радовались
что приближается победный конец войны, что можно приносить пользу
своей стране, что можно просто помогать людям…
В районе нынешнего моста Патона мы строили временный деревянный
мост, чтобы поскорее могли пересечь Днепр эшелоны с раненными бойцами.
Работали мы и в Пуще-Водицком лесу на заготовках дров для Киева.
Интересно, что дрова везли в город на открытых трамвайных платформах.
Вот как пригодились городу, проложенные в Пущу еще в начале века, трамвайные колеи.
Первые послевоенные зимы в Киеве были снежные и холодные!
Вспоминается, что вечерами мы с подружками стали подрабатывать
в расположенном на нынешней Контрактовой площади, клубе "Пищевик".
Работали и уборщицами, и контролерами, и кассирами…
В клубе выступали в то время артисты из ансамбля Киевского военного округа.
Был постоянный аншлаг!
Все близлежащие школы , а также нынешнее помещение
Киево-Могилянской академии , были временно превращены в госпиталя.
Много раненных бойцов приходили на эти концерты.
Здесь в "Пищевике", я впервые увидела молодых Ю.Тимошенко и Ю.Березина.
Мало кто знает, их первыми сценическими псевдонимами
были не Тарапунька и Штепсель, а Галкин и Мочалкин.
В свободное от работы время, мы успевали дежурить в госпиталях.
Здесь мы помогали ухаживать за раненными:
делали перевязки, писали письма, приносили подарки…
2. Курсы парикмахеров.
Однажды в клубе "Пищевик" появилось объявление о том,
что Горбыткомбинат объявляет набор на двухмесячные курсы парикмахеров.
А мне так хотелось приобрести настоящую специальность !
Прийдя в контору Горбыткомбината, которая находилась в
то время в подвале на улице Трехсвятительской, я увидела два списка девушек.
Первый был большим, а второй малым.
Большой список оказался группой подготовки мужских мастеров, а малый - женских.
Мне предложили записаться в женские мастера, и я согласилась.
Начались занятия.
Считаю, что очень повезло нам с преподавателем.
Уроки мастерства давала нам специально направленная в
Киев из Москвы Черепанова Тамара Ивановна,
которая работала в парикмахерской при Кремле.
Ее учителем был знаменитый С. Коридзе, личный парикмахер Ф.Шаляпина.
Она нас учила не только парикмахерскому мастерству,
а преподала уроки этики и нравственности: как обращаться
с людьми, как уважать посетителя, учила даже с какой стороны подходить к посетителю…
Кстати в парикмахерскую мы заходили с черного
дворового входа и обязательно переодевали обувь.
Следует отметить, что в послевоенное время киевские
парикмахерские совместно с банно-прачечными
комбинатами входили в контору Горбыткомбината.
Это было обусловлено тем, что после войны особое внимание
уделялось санитарно-гигиеническому режиму города.
Уже работая, мы видели, что многие посетители приходили завшивленными.
Таких клиентов мы не обслуживали, а предлагали пройти санобработку.
А вот в специальных косметических кабинетах в
послевоенное время врачи-косметологи методом обжига кожи выводили оспинные знаки…
3. Любимая работа.
Моим первым и, можно сказать, последним местом работы стала
парикмахерская № 2 на улице Константиновской,14,
рядом с бойким перекрестком: Нижний Вал- Верхний Вал.
К сожалению, во время прокладки метрополитена, этот дом был снесен.
Оживленным было это место на послевоенном Подоле!
На углу с Нижним Валом- магазин "Оптика", рядом "Галантерея", фотосалон…
Напротив "Оптики" находилось красивое здание с аптекой Бельского.
Особенно запомнилась в этой аптеке прекрасная лепка потолка.
Здесь же, уже на Верхнем Валу "гудел" ресторан "Днипро".
За тяжелыми оконными гардинами улавливались звуки духового оркестра.
А рядом с рестораном находилась для удобства посетителей стоянка такси.
Наша парикмахерская была немаленькая: четыре дамских кресла,
семь мужских, два маникюрных стола, косметический кабинет.
В предпраздничные дни мы устанавливали дополнительные места.
Второй этаж здания был жилым, а вот подвальное помещение -
это были естественные холодильные камеры с полутораметровыми
стенами, в которых бывших владелец колбасной
лавки - Кечкер хранил свою мясную продукцию.
Однажды я стригла его внучку, которая вспоминала,
что по понедельникам в лавке колбаса продавалась по более низкой цене.
Это объяснялось тем, что использовалось более залежалое сало.
Когда я впервые вышла на работу, заведующим был Д.П.Биллер, затем стал Л.И.Коган.
Потом его заменил М.Я.Пархоменко, дочь которого - Ольга великолепно играла на скрипке.
Мы неоднократно ходили вместе с ней в госпитали,
в которых она выступала перед раненными со своими
импровизированными скрипичными концертами.
Прибыла я на работу в качестве парикмахера,
а оказалась направленной в урочище Наталка, на Днепре.
Горбыткомбинат имел свой транспорт - две телеги с лошадьми.
На Наталке мы заготовляли сено для лошадей,
и отправляли его на лодке в Киев, вниз по Днепру.
На телегах Горбыткомбинат развозил по своим "точкам": белье, мыло, одеколон…
4. Ностальгия.
Часто вспоминаю свою родную парикмахерскую,
которую покидала всего несколько раз в период ремонта.
Это сейчас парикмахерские называются "Улыбка",
"Чародейка" и т.д., а тогда просто - "Парикмахерская".
На столиках нехитрый инвентарь, в т.ч.
бутылочка одеколона "Шипр" с грушей-пшикалкой.
На нас, как на хирургах, - белые халаты, завязывающиеся за спиной.
На головах - белые шапочки.
Чем-то напоминает больницу.
Интересно, что в послевоенное время в парикмахерских работало много молодых девушек.
Работали в две смены: первая- с 7 до 15, вторая - с 15 до 22 часов,
и обязательно в праздничные дни!
В зале - печка-буржуйка, уборная во дворе…
В 40-х годах любимой женской модой были
крупные завитки, которые укладывались в сложные прически.
Волосы укладывались с помощью специальных
железных щипцов, нагретых с помощью керогаза.
Металл нагревался.
Щипцы вставляли в волосы и крутили как макароны на зубцы…
В результате получался упругий завиток.
Кстати стоимость такой работы была всего 15 копеек.
С приходом эры "химических завивок", часть мастеров (в т.ч. больных астмой) уволилась.
Не каждый смог каждодневно вдыхать эту "химию".
Проходят годы.
Меняются люди и стили.
Но почему же, проходя сегодня мимо современных
салонов красоты, я останавливаюсь, пытаясь снова почувствовать
запахи своей молодости - щемящие сердце запахи дешевой послевоенной советской парфюмерии.
автор: Виталий Баканов
|
